Иззи в поисках Рафаэля

Автор заявки

Администрация форума
(форумные заявки от игроков)

Пол

Мужской

Связь

В пару
Всё сложно
Продумаем вместе
Описание

Внешности: david castro

— RAPHAEL SANTIAGO —
РАФАЭЛЬ САНТЬЯГО
http://s9.uploads.ru/t/ejwhp.gif http://sg.uploads.ru/t/XAc2I.gif http://s9.uploads.ru/t/JaLQm.gif http://s3.uploads.ru/t/5f8tO.gif
— — david castro — —

— ВОЗРАСТ И ДАТА РОЖДЕНИЯ —

родился в 1953 году; соответственно 65 лет. Выглядит приблизительно на двадцать в сериале, в книге был обращен в пятнадцать лет;

— РОД ДЕЯТЕЛЬНОСТИ —

глава Нью-Йорского клана вампиров, если этот статус на форуме не будет занят другим персонажем;

— РАСА —

вампир;

— ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ —

Рафаэль — религиозный католик, искренне любящий свою младшую сестру и заботящийся о ней на протяжении всей своей слишком долгой жизни. Слишком долгой для человека и незначительно короткой для того, кем Сантьяго является на самом деле. Вампир. Выходец нижнего мира, обреченный на жизнь в тени и зависимость от крови примитивных. В Нью-Йорке вампиры далеки от общепринятых клише, созданных Стефани Майер или Брэмом Стокером. Никакого ужаса перед чесноком, абсолютная непереносимость солнечного света и возможность смотреть и касаться распятия без вреда для своей проклятой души. Никакого наслаждения от своей вечности — в случае Сантьяго уж точно. Да, он амбициозен и хитер, это позволяет ему достигнуть определенных высот и стать главой клана вампиров в Нью-Йорке, но в глубине души Рафаэль жалеет о той жизни, которой у него никогда не будет. О человечности, которой он оказался лишен. О годах, которые не провел рядом со своей семьей.
Хороший сын и прекрасный брат. Таким он был в то время, когда его семья сбежала из Мексики, перебравшись в Америку. Казалось, к жизни в этой стране счастье должно быть приложено бонусом, однако чуда не случилось. Случилась трагедия, из-за которой Рафаэль был вынужден покинуть свой дом и долгие годы наблюдать из сумрака за тем, как члены его семьи погибают от старости один за другим. Пока не осталась в живых лишь одна его младшая сестра; младшая сестра, превратившаяся в милую старушку, в то время как ее брат замер на месте, не состарившись ни на минуту.
Рафаэль — вампир, в котором человечности куда больше, чем вон в том примитивном, покупающем пончики на углу. Возможно, дело в том, что он научился ценить свою бренную жизнь, а, быть может, дело в чем-то другом. В том, что он всегда был таким. Порядочным и слишком хорошим для этого мира. Что же, с хорошими людьми и случаются плохие вещи. Вампиризм был даром для кого-то, но не для Рафаэля. И все же он научился жить с ним. Научился жить и дышать полной грудью — в переносном смысле, конечно же.


× × × × × × × × × × × × × × × × × × × ×


— ОТНОШЕНИЯ —

Вампиры и сумеречные охотники — казалось бы, между ними пропасть, которую не перепрыгнуть и не перелететь. Нефилимы никогда не испытывали теплых чувств к жителям нижнего мира, но Изабель была другой. Изабель Лайтвуд долгие годы нервировала собственную мать, то и дело вступая в связи с фейри, заводя дружбу с теми, с кем не положено, но... Вампиры. Опасные существа. Опасные даже для сумеречных охотников — яд вампира способен вызвать практически наркотическую зависимость; сильную, ломающую крепких духом людей. Но именно зависимость привела Изабель к порогу отеля Дюморт, туда, где долгие годы обитали вампиры Нью-Йорка. Туда, где встретилась с Рафаэлем. Ненавидели ли они друг друга раньше? Скорее всего, нет — просто не пытались узнать, заглянуть глубже, в душу и сердце, даже если оно уже не бьется. Но теперь все изменилось. Зависимость позволила им сблизиться. Зависимость от яда вампира и крови нефилима вдруг стала зависимостью человека от человека. Типичная история для нетипичных персон.
Вместе они не были вампиром и охотником. Они были чем-то большим, когда оставались вместе. Когда готовили вместе мексиканские блюда — в отличие Изабель, Рафаэль действительно хорошо управлялся на кухне; когда разговаривали — обо всем и ни о чем, видя друг в друге больше, чем красивую оболочку, несомненно притягательную, но незначительную; когда спасали друг друга — от внешних бедствий и от одиночества. «Борись за свои чувства», — сказала Мариз дочери и Изабель действительно была готова бороться. Не за примитивных, выступая против демонов с привычным оружием в руках. За себя, за Рафаэля и за возможность урвать хоть кусочек счастья от этого безумного мирка.

Ознакомьтесь с общим сюжетом и матчастью форума, чтобы составить образ Рафаэля таким, каким он будет удобен для вас. В описании отношений Изабель и Рафаэля я опиралась на сериал. Это было красиво, это было вкусно. И Рафаэль в сериале мне нравится куда больше, чем пятнадцатилетний расчетливый вампир. В пару ли заявка? Нет, я не собираюсь кого-то принуждать; просто демонстрирую то, чего бы мне хотелось. По мне так выглядят Изабель и Рафаэль вместе просто роскошно и подобные отношения хотелось бы видеть/играть. Все обсуждаемо, конечно. Но... «Мы продолжаем возвращаться друг к другу из-за той прекрасной связи, которая у нас есть. Я хочу бороться за это».

08.11.2019 (4 д. назад)
Информация об авторе заявки

Стерильное ничто изо дня в день. Мир без запаха и без вкуса. Светлые стены. Не белые – вовсе нет, но довольно мягкие. Обивка сплошь в шрамах-порезах – говорят, некоторые умельцы иногда прячут под нее сюрпризы для следующего попавшего. Чайные пакетики или сигареты – и то, и другое здесь считается местной валютой. Когда сигарет не остается – я обшариваю стены. Вдруг? Не знаю, на что я рассчитываю, и как буду вскрывать обивку, даже если удастся что-то обнаружить. Острых предметов здесь нет, и придется разрывать нитки собственными руками, изрезав пальцы в кровь и пачкая ее светлые стены. Ничего. Это стоит того.

Здесь нет ничего моего, и даже тумбочка в одиночной палате обыскивается вдоль и поперек каждый день. Это место не хранит мой запах, потому что у меня его не осталось. Стерильность. Пустота. Чтобы закончить все это, выбраться из ничего, я должен быть хитрее. Умнее. Блокираторы по периметру палат и мест общего пользования, больше нельзя – опасно для всех прекларусов, в том числе и для персонала. Здесь неплохо. Место не для отбросов, и с моего банковского счета ежегодно снимают круглую сумму за то, чтобы я жил. Здесь серо. Говорят, это государство в государстве, здесь есть свои порядки. Мне неинтересно. Я никуда не выхожу кроме плановых прогулок раз в день, не смотрю телевизор в нейтральной зоне. Но иногда здесь бывают драки. Как, например, вчера.

Я ждал этого очень долго. Вынашивал план, как мать вынашивает дитя, был предельно осторожен и не привлекал внимания. Образцовый пациент последние полтора года. Никаких изменений в лучшую или худшую сторону. Приемы пищи по расписанию. Все, что прошу передать – сигареты и книги. Курю под присмотром. Когда хочу спать – сплю. Оставшееся время просто смотрю в пустоту. Что я вижу там? Ничего. Я не вижу человеческие лица или воспоминания, осколки прошлой жизни. Не вижу ничего. Как мертвец может что-либо видеть? А я точно знаю, что умер семь лет назад.

Умер, но почему-то не перестал дышать. Меня вытащили, хотя я этого не просил, не позволили уйти следом за Ним. И с тех пор я все еще ищу способы умереть.

В тот день, полтора года назад, я нашел ложку. Смешно, но здесь такая находка – на вес золота. Заточенный обломок, припрятанный кем-то на улице. Редкая удача в этом проклятом стерильном аду, и то, о чем никто не должен узнать, ни в коем случае. Полтора года я не подавал вида. Прятал, как мог, терял несколько раз и едва не впадал в отчаяние. Но затем находил и долго грел металл в пальцах, словно боясь, что моя единственная надежда на спасение может исчезнуть. Возможно, я забрал смерть из чьих-то рук, я не знаю, это меня не особо волнует. Жаль, что эвтаназия под запретом, мне бы не пришлось столько ждать. Но все мои труды стоят того. К моему состоянию привыкают. Называют это ремиссией, хорошими новостями, просветлением, как-то еще. Говорю, что пытался покончить с собой от неразделенной любви. Им это нравится, эта версия их устраивает. Я становлюсь образцовым.

И однажды ночью я пытаюсь снова. Режу так, чтобы темнота забрала меня как можно быстрее: обходы частые, и окровавленное постельное белье заметят в первую очередь. В эту секунду чувствую предвкушение и экстаз. Забытые эмоции, которые ни к чему мертвецу. Мне нужно совсем немного времени. Я не знаю Бога, который защищал бы мертвых в мире живых, поэтому прошу мироздание закончить мою пытку как можно скорее. Мне очень больно, но кричать нельзя, и я затыкаю себе рот одеялом.

Пожалуйста.

Я очень прошу.

А потом они избили меня. Избили, потому что я украл что-то, что принадлежало одному из них. Потому что у меня почти получилось. Если бы не обход и работа целителя. Они били меня ногами, совсем недолго, но, кажется, мне сломали ребро. Может быть, даже не одно, я не знаю – физическая боль не идет ни в какое сравнение с тем, что внутри. Месиво. Потому что у меня почти получилось.

Медик колдует над моим телом, и я безвольно лежу на койке, надеясь, что она где-нибудь ошибется, и это меня все-таки убьет. На восстановление самых сильных повреждений она тратит так много сил, что на лице у меня все равно остаются кровоподтеки, а губа кровит, стоит лишь неудачно ее закусить. Ощущаю вкус собственной крови во рту, и у меня нет сил, чтобы кричать от отчаяния.

Мне не больно.

Не больно.

Повторяю это, сидя за столом перед доктором, смотря прямо перед собой. Я знаю все ваши заходы, доктор, я ведь тоже когда-то... был. Но не сложилось. Умер.

- Почему ты позволял бить себя? Мне сказали, что ты даже не шевелился. Почему?

Пожимаю плечами. Какой смысл мертвецу защищаться? Я уже мертв, доктор, посмотрите в мои глаза. Он вздыхает.

- Ты опять говоришь, что ты умер. Почему ты так думаешь?

Мы ведь проходили это тысячу раз. Вам не надоело слушать одно и то же? Мне не сложно, я повторю.

- Я убил его.

И, как по сценарию, он пытается убедить меня, что это не так. Смотрит сочувственно, с лживым «я понимаю, Элизер, я все понимаю, доверься мне». Ведь для него я все выдумал. Он пропал без вести. Я пытался убить себя, потому что Его не было рядом. Ничего вы не понимаете. Ложь. Я буду рассказывать правду снова и снова, пока меня не услышат.

- Я убил его на берегу реки нашего мира. Воткнул нож между ребер, и обнимал его, пока он не перестал дышать. Он захлебывался кровью и хрипел мне на ухо, и я не мог его отпустить, - голос словно не мой, металлический и пустой. Невозможно в тысячный раз переживать одну и ту же историю, но это мой персональный лимб. - А затем я вскрыл себе вены тем же ножом.

Где-то за дверью слышатся приглушенные шаги. До моего слуха долетают фразы: «он отказывается от еды…» и «три попытки суицида, одна почти удачная».

- Элизер, ты… - мозгоправ снова пытается вернуть меня в разговор.

- Лазарь, - сейчас это кажется вдруг очень важным.

- Что?

- Меня зовут Лазарь.

Оценить заявку
Похожие заявки